The term "stem cell," as we use it today, was first introduced on June 1, 1909, at a meeting of the Hematology Society in Berlin. At the meeting, Aleksandr Aleksandrovich Maximov presented a paper in which he described cells capable of giving rise to other cell types, or, in other words, the essence of hematopoiesis—the transformation of hematopoietic stem cells into various blood cells.
"I have now discovered that these primitive blood cells, as I call them, are in no way erythroblasts, as would be expected from the generally accepted view, but rather completely undifferentiated elements with a round, light nucleus and narrow, basophilic protoplasm; "They are neither red nor white blood cells, although they could probably be called white blood cells, since they sometimes, especially in chickens, have an amoeboid shape and are very similar to large lymphocytes," Aleksandr Maximov reported in his report (as it turns out, he wasn't entirely correct).
This presentation was preceded by long, painstaking work studying hematopoiesis. His research into cellular changes during inflammation was only the beginning. Maximov, among other things, traveled to marine stations, where he collected the necessary biomaterial. His laboratory contained hundreds of slides containing tissue sections for histological experiments.

The scientist described variations of the hematopoiesis process, literally depicting it in diagrams, in which stem cells rightfully occupied their place.

These drawings are housed in the library of the University of Chicago, where Maximov worked in exile. Alexander Alexandrovich simultaneously studied the development of blood elements and hematopoietic organs in the embryo and attempted to describe and classify blood cells and connective tissue. Thus, gradually, year after year, he gained evidence for his concept, which he presented in Berlin. According to his conclusion, blood cells develop from stem cells. Such a cell divides, self-renews, and transforms into other cell types, resembling a tree trunk from which develop leaves and branches—blood and tissue cells.
The ideas expressed by Maximov at the Berlin meeting of the Society of Hematologists were significantly ahead of their time. They were not readily accepted. Although by that time, Alexander Alexandrovich had already headed the Department of Histology and Embryology at his native academy in Russia for several years and his name had become well-known in international scientific circles, the scientific community reacted to his presentation with caution and even skepticism. Maksimov's assertion that hematopoietic stem cell differentiation occurs as a result of local influences generated by the bone marrow stroma, which forms the microenvironment for hematopoietic cells, was met with disbelief. This is now a confirmed fact. Another of his theories, which raised doubts, concerned the origin of what are now called multipotent mesenchymal stromal cells, which are capable of differentiating into bone, fat, and cartilage cells. Confirmation of the scientist's assertions has now been found: it has been experimentally proven that these cells are formed from the tissue that forms that very microenvironment. All of this ultimately has implications for bone marrow transplantation, for a better understanding of how donor cells seed the recipient's bone marrow, and so on.

True to His Calling
In 1914, in St. Petersburg, Aleksandr Aleksandrovich published the textbook "Fundamentals of Histology," which, according to him, consisted of a systematic and somewhat enriched collection of lectures he had given to first- and second-year students at the Imperial Military Medical Academy over the course of ten years. The textbook included illustrations by the scientist himself, and it became a true reference for medical students.
In 1918, his colleagues nominated Aleksndr Maximov for the Nobel Prize in Medicine or Physiology, honoring his scientific work. But nothing further was forthcoming. Events at the time were not favorable. A year later, Maximov became a professor at Petrograd University, although many opposed his appointment. Opportunities for full-time scientific work were dwindling.
As a result, after three years, he was forced to give up everything. Together with his wife, stepson, and older sister, Maximov crossed the border across the frozen Gulf of Finland and left the country. They reached the United States. Aleksandr Aleksandrovich spent the last six years of his life in America (hence his frequent description as a Russian-American scientist), working at the University of Chicago, where he continued histological research.
The name of Aleksandr Aleksandrovich Maximov was long banned in the Soviet Union. However, his textbook on histology went through dozens of editions and is still considered one of the best in this field of medicine.

In 1932, in his textbook, "A Course in General Histology," Professor A. A. Zavarzin argued for a close connection between blood and connective tissue as a single environment within the body, with undifferentiated cells, which Zavarzin called hematopoietic mesenchymal cells. They give rise to poorly differentiated cells, ultimately differentiated cells. These cells are not called stem cells, although it is clear that this is precisely the dominance of the system, according to the hypothesis. A. A. Zavarzin used the concept of cambium. Cambial tissues "preserve the germinal material obtained from embryonic embryos throughout life," that is, a reserve of undifferentiated elements (cambium), which can be replenished when the number of differentiated elements decreases. Zavarzin also emphasized that cambial cells do not remain unchanged during different periods of human ontogenesis.

He was the first to describe and experimentally confirm the existence of stromal stem cells, later internationally known as multipotent mesenchymal stromal cells (MSCs), in bone marrow and lymphoid organs.
A. Ya. Friedenstein's scientific career began in the turbulent climate of post-war Europe, where his formative years were characterized by an insatiable curiosity about the complexities of biological phenomena. Beginning with experiments on amphibian tissue regeneration and culminating in his years as a graduate student under the renowned histologist A.V. Rumyantsev, A. Ya. Friedenstein honed his analytical acumen and experimental skills in the crucible of histological research. It was during this period that his fascination with stem cells first awakened. He clearly recognized the regenerative potential inherent in the tissue microenvironment and began searching for ways to decipher the mechanisms underlying it. In 1950, the experimental results were presented as a PhD dissertation, "Histogenesis of the Visceral Skeleton of Higher Vertebrates."

A. Ya. Friedenstein was the first to identify two categories of osteogenic progenitor cells: determined (DOPC) and induced (IPC). This hypothesis was later confirmed experimentally. His monograph, "Bone Tissue Induction and Osteogenesis," published in 1973, contained the most comprehensive and detailed analysis of his experimental data. After successfully defending his doctoral dissertation, "Histogenetic Analysis of Extraskeletal Osteogenesis," in 1963, A. Ya. Friedenstein headed the Immunomorphology Laboratory and led it for over 25 years. In 1967, he was awarded the title of professor, and in 1987, A. Ya. Friedenstein was elected a Corresponding Member of the USSR Academy of Medical Sciences.
For over 30 years, Alexander Yakovlevich taught immunomorphology at the Department of Cytology and Histology in the Biology Faculty of Moscow State University. A leading expert in immunology, he actively participated in the founding and work of the "Immunologists' Club," organized at the Gamaleya Research Institute of Epidemiology and Microbiology by Academician O.V. Baroyan.
During this period, Alexander Yakovlevich developed a particular interest in the work of the leading histologist A.A. Maksimov, conducted in the early 20th century. Analyzing his work and comparing it with the results obtained in his own and other laboratories, he identified a strong interest in stem cell issues.
Since the early 1960s, the research of A.Ya. Friedenstein and his colleagues has been devoted to the study of stromal cells of hematopoietic and lymphoid tissues. It was shown that heterotopic transplantation of bone marrow or lymphoid organ fragments results in the formation of a bone marrow or lymphoid organ, respectively, at the transplant site, and that the de novo structures formed are chimeric: the hematopoietic and lymphoid tissue belongs to the recipient, while the stromal tissue belongs to the donor. These pioneering studies demonstrated the existence of a stromal cell lineage, histogenetically independent of hematopoietic cells, that carries a specific microenvironment that facilitates the proliferation and differentiation of hematopoietic and lymphoid cells.
The answer to the question of which stromal cells are responsible for the transfer and organization of a specific hematopoietic or lymphoid microenvironment was obtained through a selective cloning method developed in the Immunomorphology Laboratory. This method was used for the first time to isolate a unique category of clonogenic stromal progenitor cells, the properties of which determine the main characteristics of the microenvironment. Subsequent studies of monoclonal strains of these cells revealed that they include a category of cells that possess high proliferative potential, self-sustain during proliferation, and differentiate in several directions (bone, cartilage, connective tissue, and adipose tissue). These cells fully meet the requirements for stem cells and are considered bone marrow stromal stem cells.
A distinctive feature of A. Ya. Friedenstein's scientific legacy is his pioneering research into the properties and functions of stromal stem cells in hematopoietic and lymphoid tissues. Building on the foundation laid by his predecessors, A. Ya. A. Ya. Friedenstein conducted a series of groundbreaking experiments that revealed the histogenetic independence of stromal cells from hematopoietic lineages and defined their key role in the formation of a tissue-specific microenvironment. Using a combination of heterotopic transplantation models and selective cloning methods, A. Ya. Friedenstein and his colleagues elucidated the complex system of intercellular interactions that underlie hematopoietic and lymphoid homeostasis and uncovered the fundamental principles governing tissue morphogenesis and regeneration.
In the mid-1980s, A. Ya. Friedenstein conducted numerous studies abroad. Together with M. Owen (Oxford, England), he conducted research on osteogenic cell markers and differentiation, and with R. Robby (Bethesda, USA), he studied the influence of certain growth factors on the cloning of bone marrow stromal stem cells.
The Scientific Legacy of A. Ya. A. Ya. Friedenstein's work extends beyond basic research, as his discoveries have profound implications for regenerative medicine and therapeutic intervention. Through international collaborations and interdisciplinary partnerships, A. Ya. Friedenstein led efforts to translate laboratory research findings into practical therapeutic approaches, catalyzing a renaissance in regenerative medicine and laying the foundation for future breakthroughs in tissue engineering and cell therapy.
With a distinguished scientific legacy, Alexander Yakovlevich Friedenstein left an indelible mark on the annals of immunomorphology, inspiring subsequent generations of researchers to push the boundaries of knowledge and explore the possibilities of regenerative medicine. His unwavering commitment to scientific research, combined with visionary leadership and scientific insight, serve as an inspiration to both aspiring scientists and seasoned practitioners. Reflecting on the colossal contributions of A. Ya. Friedenstein's contributions to stem cell biology and tissue regeneration research remind us of the enduring power of scientific curiosity, which can illuminate the darkest corners of the unknown and pave new paths to a brighter, healthier future for all humanity.

Чертков Иосиф Львович – выдающийся экспериментальный гематолог, доктор медицинских наук, профессор, главный научный сотрудник Гематологического Научного Центра РАМН.
Иосиф Львович Чертков родился в 1927 году в г. Одесса. В 1947 он окончил лечебный факультет Первого Московского медицинского института. С 1956 года работал в Гематологическом научном центре РАМН, сначала в качестве старшего научного сотрудника, затем - в качестве заведующего лабораторией до 1996 года, и с 1997 года - в качестве главного научного сотрудника.
И.Л. Чертков внёс большой вклад в изучение клональности кроветворения и установил, что стволовые кроветворные клетки (СКК) обладают высоким, но не безграничным пролиферативным потенциалом; они не бессмертны и не могут “самоподдерживаться”. СКК закладываются только в эмбриогенезе и расходуются последовательно, образуя короткоживущие, локально расположенные, сменяющие друг друга клеточные клоны, аналогично тому, как это происходит в яичнике.
Иосиф Львович также показал, что стволовые мезенхимные клетки (МСК) родоначальники кроветворного микроокружения отличаются от СКК по радиочувствительности. При внутривенной трансплантации костного мозга в виде клеточной взвеси МСК теряются – они не способны проникнуть в микрообласты, где происходит их функционирование, даже в случае, если костномозговая взвесь вводится внутрь кости. МСК способны к переносу кроветворного микроокружения только при трансплантации под кожу или капсулу почки без превращения костного мозга в одноклеточную взвесь.
В работах Черткова впервые были получены физиологические характеристики МСК и принципиальные данные о клональной кинетике СКК. Полученные данные нашли подтверждение в мировой практике. Показано, что при внутривенной трансплантации костного мозга донорские МСК не выживают, выявлены клоны "здоровых" СКК у больных с гематопролиферативными заболеваниями, данные о клональности кроветворения подтвердились в исследованиях печального опыта Чернобыльской аварии.
С середины 1970х годов И.Л. Чертков вместе с А.Я. Фриденштейном заложили фундамент для экспериментального изучения стволовых клеток костного мозга. Чертков работал одновременно на двух типах стволовых клеток – гемопоэтических и мезенхимных, и в 1984 году выпустил монографию под названием "Гемопоэтическая стволовая клетка и её микроокружение", которая до сих пор остаётся ключевым руководством для гематологов.
Кроме того, Иосиф Львович был одним из пионеров гибридомной технологии; он основал первую компанию по производству моноклональных антител в СССР. Ряд диагностических препаратов на основе моноклональных антител для определения группы крови, созданных И.Л. Чертковым, широко используются и сейчас.
Перу И. Л. Черткова принадлежит цикл приоритетных работ "Стволовые кроветворная и мезенхимная клетки"; в общей сложности И.Л. Чертков опубликовал 4 монографии и более 300 статей в отечественных и зарубежных журналах.

Лауреат премии Правительства Российской Федерации в области науки и техники (1998 г.), действительный член ISSCR (Международное общество исследований стволовых клеток), возглавляет научный совет в НПО"Инновационное клеточные технологии".
В 1960 году окончил лечебный факультет Ставропольского Медицинского Института. В 1962-1965 гг. проходил аспирантуру в Институте Медицинской Радиологии РАМН. Прошёл путь от аспиранта, ассистента, доцента до руководителя отделения.
В 1966 году защитил кандидатскую диссертацию, в 1978 году – докторскую диссертацию.
Автор более 500 научных публикаций, автор и соавтор 20 патентов на изобретение.
Сфера научных интересов: радиотерапия в онкологии, трансплантация мезенхимальных стволовых клеток, организация банка стволовых клеток.
В 1966 г. А.Г. Коноплянников в Ученом Совете Биолого-почвенного факультета МГУ успешно защитил кандидатскую диссертацию на тему «Некоторые аспекты биологических эффектов ионизирующей радиации с различной величиной ЛПЭ». После окончания аспирантуры вплоть до октября 2019 г. он работал в ИМР (ныне Медицинский радиологический научный центр РАМН) на должностях младшего научного сотрудника в отделе биофизики экспериментального сектора института, старшего научного сотрудника, а затем руководителя лаборатории экспериментальной лучевой терапии и заведующего отделением клеточной и экспериментальной лучевой терапии в клиническом секторе института. В 1980 г. А.Г. Конопляннников защитил диссертацию «Количественные закономерности радиационного поражения, защиты и восстановления нормальных и опухолевых клеток в организме животного» на соискание степени доктора биологических наук. В 1986 г. ему было присвоено звание профессора по специальности «Радиобиология», в 1998 г. он стал лауреатом Премии Правительства России в области науки и техники, а в 2014 г. ему было присвоено звание заслуженного деятеля науки РФ. Анатолий Георгиевич являлся членом Геронтологического общества при РАН и Национального общества регенеративной медицины, а с 2008 г. – член Международного общества исследований стволовых клеток (ISSCR).
Анатолий Георгиевич – автор более 700 научных публикаций, более десятка отдельных и коллективных научных монографий, автором и соавтором более 20 патентов на изобретения. Под его руководством защищены 21 кандидатские и 7 докторских диссертаций.
Уникальность научной деятельности Анатолия Георгиевича заключалась в доведении результатов экспериментальной работы до клинической практики.
Исследовательские интересы А.Г. Коноплянникова были очень широкими и включали следующие области: регенеративная медицина, системная трансплантация аутогенных и аллогенных мультипотентных мезенхимальных стромальных клеток из костного мозга при лечении различных заболеваний, стволовые клетки эпителия кишечника и «сперматогенного эпителия», опухолевые стволовые клетки, нанотераностика, лучевая терапия онкологических больных (комбинация с гипертермией электронно-акцепторными соединениями или с иммунотерапией), исследование продукции и обмена оксида азота в крови и различных тканях лабораторных животных; воздействие электромагнитных полей и СВЧ-гипертермии, радиобиология неионизирующих излучений.
Его научные контакты были многочисленными не только внутри института, но и в других городах России и республик СССР, а также за границей (США, Чехия, Германия, Венгрия и др.).

Исследования эмбриональных стволовых клеток
В 1995 году Томсон первым в мире успешно выделил и культивировал эмбриональные стволовые клетки нечеловеческих приматов — макак-резусов. Это стало основой для дальнейших работ с человеческими эмбриональными стволовыми клетками. 
В 1998 году его лаборатория первой сообщила об успешном выделении эмбриональных стволовых клеток человека. Статья с результатами исследования вышла в журнале Science 6 ноября 1998 года под названием «Линии эмбриональных стволовых клеток, полученные из бластоцист человека». Томсон и его команда получили пять линий стволовых клеток из бластоцист пяти разных эмбрионов. Это открытие вызвало широкие этические споры, так как получение таких клеток предполагало разрушение эмбриона.
В 1999 году журнал Science назвал открытие эмбриональных стволовых клеток «Научным прорывом года». 

Индуцированные плюрипотентные стволовые клетки (iPS)
В 2007 году группа Томсона (одновременно с исследователями под руководством Синьи Яманаки) сообщила о методе преобразования клеток кожи человека в клетки, которые очень напоминают эмбриональные стволовые клетки. Эти клетки получили название индуцированных плюрипотентных стволовых клеток (iPS). 
Это открытие потенциально могло положить конец этическим спорам, связанным с исследованиями эмбриональных стволовых клеток человека. 

Дополнительные факты

• Томсон получил степень бакалавра биофизики в Университете Иллинойса (1981 год), докторские степени по ветеринарной медицине и молекулярной биологии в Пенсильванском университете. 
• В 1999 году он был назначен научным директором Исследовательского института WiCell, связанного с Университетом Висконсина. 
• В 2008 году Томсон был назначен директором отдела регенеративной биологии Исследовательского института Моргриджа в Мэдисоне, штат Висконсин. 
• Его работы получили признание в виде многочисленных наград, включая Международную премию короля Фейсала и премию Медицинского центра Олбани.
• В 2022 году Джеймс Томсон ушёл на пенсию, но продолжал научную работу. 

Исследования Томсона внесли значительный вклад в понимание процессов эмбрионального развития, открыли новые возможности для фундаментальных исследований, открытия лекарств и трансплантационной медицины. 

В 1998 году группа исследователей под руководством американского ученого Марка Хедрика впервые выделила стволовые клетки из жировой ткани.
Сегодня, по прошествии многих лет, мезенхимальные стволовые клетки, находят все большее применение в различных направлениях медицины. К тому же сегодня ученые умеют «добывать» МСК не только из костного мозга, но и из других тканей.
Сегодня г-н Хедрик, некогда возглавлявший лабораторию регенеративной биоинженерии отделения хирургии в Лос-Анджелесе, руководит американской компанией Cytori Therapeutiс. Он долгое время работая пластическим хирургом, с сожалением выбрасывал жир, который оставался после операций по липосакции: «Я начал думать, а можно ли его как-то  использовать?
Подробное исследование стволовых клеток жировой ткани перевернуло мое представление о жире – ведь жировая ткань обладает уникальными свойствами, которые могут быть востребованы в самых разных областях медицины! Я считаю, что это — один из самых важных типов тканей, которые можно использовать. Прежде всего, стволовых клеток в жировой ткани оказалось очень много – целых 3-5%. Это гораздо больше, чем в любом другом источнике. Так, из 120 мл жира получается 5 мл обработанных ценных стволовых клеток; это в 2,5 тысячи раз больше, чем из такого же количества костного мозга. Во-вторых, полученные клетки не требуют культивации в условиях лаборатории — их можно пускать в дело свежими».
Способность стволовых клеток жировой ткани к восстановлению и регенерации поврежденных в результате травм или болезней различных участков тела открывает широкие возможности для применения новой технологии в области реконструктивной хирургии. «Эта методика уже находит применение в реконструктивной хирургии и лечении различного рода повреждений мягких и твердых тканей; ее начинают использовать и для лечения диабетической стопы, и для восстановления поврежденных участков костей», — рассказал г-н Хедрик.

Родился 14 июня 1947 года в городе Караганде . В 1965 году поступил в Карагандинский
государственный медицинский институт и окончил его в 1972 году с дипломом врача по
специальности гигиена и эпидемиология.
По распределению был направлен в город Шевченко (ныне Актау, Республика Казахстан) в медико – санитарный отдел №102 Третьего главного управления при министерстве здравоохранения СССР, ныне Федеральное медико - биологическое агенство (ФМБА) России.
Работал врачом, заведующим отделом. В1979 году был назначен главным государственным
санитарным врачом по городу Шевченко и объектам атомной промышленности (предприятия по добычи и переработки урановой руды и первый в мире атомный реактор на быстрых нейтронах БН-350).
В 1986г.и 1987 г. в составе оперативной группы Мин.здрава СССР принимал участие в работах по ликвидации последствий аварии на четвертом блоке Чернобыльской АЭС. За указанные работы был награжден орденом Мужества.(1996 г.)
В 1993 году на ученом совете Первого Московского медицинского института им. И.М. Сеченова защитил кандидатскую диссертацию по теме « Гигиеническая оценка комплексного
использования доочищенных сточных в условиях аридной зоны».
После распада СССР в 1994 году я был переведен в Москву где до 2006 года работал главным врачом Головного центра государственного санитарно – эпидемиологического надзора ФМБА России.
В 2003 году был удостоен звания « Заслуженный врач Российской Федерации» . В 2004 году избран действительным членом Российской академии естественных наук (секция биомедицины).
С 2007 года работаю в биомедицинской отрасли. Был генеральным директором двух компаний по производству биомедицинских клеточных продуктов на основе мезинхимальных стволовых клеток: ООО НПО «Инновационные клеточные технологии» и ООО «Т – Хелпер клеточные технологии», заместителем ген.директора ООО Клиника «Столичный докторЪ» по развитию регенеративной медицины и клеточной терапии.
С 2019 года – член Российского общества регенеративной медицины. Принимаю активное участие в работе конференций, симпозиумов и семинаров по данной тематике.
Веду работу, направленную на образование врачей и просвещение населения в области
регенеративной биомедицины, безопасности и эффективности клеточной терапии МСК при различных заболеваниях. С 2021 года являюсь внештатным преподавателем кафедры клеточной биомедицины факультета дополнительного профессионального образования «Российского национального исследовательского медицинского университета им.Н.И. Пирогова».

Sir John Bertrand Gurdon
Гурдон большую часть своей исследовательской карьеры провел в Лаборатории молекулярной биологии MRC , а затем в Департаменте зоологии, где начал работать в 1972 году.  В 1983 году он стал профессором Кембриджского университета. В 1989 году он стал одним из основателей Института клеточной биологии и рака Wellcome/CRC в Кембридже, который был переименован в его честь в 2004 году, и занимал пост его председателя до 2001 года. Он был членом Совета по биоэтике Наффилда с 1991 по 1995 год, а затем магистром Магдален -колледжа в Кембридже с 1995 по 2002 год.
В 1958 году Гурдон, работавший тогда в Оксфордском университете , успешно клонировал лягушку, используя неповрежденные ядра соматических клеток головастика Xenopus . Эта работа стала важным продолжением работы Бриггса и Кинга 1952 года по трансплантации ядер из эмбриональных клеток бластулы  и успешной индукции полиплоидии у колюшки Gasterosteus aculatus в 1956 году Харом Сварупом , о которой сообщалось в журнале Nature .  В то время он не мог убедительно показать, что трансплантированные ядра происходят из полностью дифференцированной клетки . Это было окончательно доказано в 1975 году группой исследователей из Базельского института иммунологии в Швейцарии.  Они пересадили ядро ​​лимфоцита, продуцирующего антитела (доказательство его полной дифференцировки), в яйцеклетку без ядра и получили живых головастиков.
Эксперименты Гурдона привлекли внимание научного сообщества, поскольку они изменили представление о развитии, а разработанные им инструменты и методы переноса ядра используются и сегодня. Термин «клон» уже использовался с начала XX века в отношении растений. В 1963 году британский биолог Дж. Б. С. Холдейн , описывая результаты Гурдона, стал одним из первых, кто использовал слово «клон» в отношении животных.
Гурдон и его коллеги также первыми применили яйцеклетки и ооциты Xenopus (род высоководных лягушек) для трансляции микроинъецированных молекул матричной РНК, метод, который широко используется для идентификации кодируемых белков и изучения их функций.
Более поздние исследования Гурдона были сосредоточены на анализе межклеточных сигнальных факторов, участвующих в клеточной дифференциации , и на выяснении механизмов, участвующих в перепрограммировании ядра в экспериментах по трансплантации, включая роль вариантов гистонов  и деметилирование трансплантированной ДНК. 

Shinya Yamanaka
Синья Яманака (山中 伸弥, Yamanaka Shin'ya ; родился 4 сентября 1962 г.) — японский исследователь стволовых клеток и лауреат Нобелевской премии. Он является профессором и почетным директором Центра исследований и применения индуцированных плюрипотентных стволовых клеток (iPS-клеток ) Киотского университета; а также старшим научным сотрудником Институтов Гладстона в Сан-Франциско, штат Калифорния, связанных с Калифорнийским университетом в Сан-Франциско (UCSF) , и профессором анатомии в Калифорнийском университете в Сан-Франциско (UCSF). Яманака также является бывшим президентом Международного общества исследований стволовых клеток (ISSCR).
Он получил премию BBVA Foundation Frontiers of Knowledge Award 2010 года в категории биомедицины, премию Вольфа в области медицины 2011 года и премию Millennium Technology Prize 2012 года. В 2012 году он и Джон Гурдон были удостоены Нобелевской премии по физиологии или медицине за открытие того, что зрелые клетки могут быть преобразованы в стволовые клетки. В 2013 году он был удостоен премии Breakthrough Prize в области наук о жизни в размере 3 миллионов долларов за свою работу.
В 2006 году он и его команда получили индуцированные плюрипотентные стволовые клетки (iPS-клетки) из фибробластов взрослых мышей.  iPS-клетки очень похожи на эмбриональные стволовые клетки , in vitro эквивалент той части бластоцисты ( эмбриона через несколько дней после оплодотворения), которая развивается, чтобы стать собственно эмбрионом. Они смогли показать, что их iPS-клетки плюрипотентны , то есть способны генерировать все клеточные линии организма. Позже он и его команда получили iPS-клетки из фибробластов взрослых людей, снова став первой группой, сделавшей это. Ключевым отличием от предыдущих попыток в этой области стало использование его командой нескольких факторов транскрипции вместо трансфекции одного фактора транскрипции за эксперимент. Они начали с 24 факторов транскрипции, известных как важные на ранних стадиях развития эмбриона, но в итоге смогли сократить их количество до четырех факторов транскрипции – Sox2 , Oct4 , Klf4 и c-Myc. 
Синья Яманака обнаружил, что введение небольшого набора факторов транскрипции в дифференцированную клетку достаточно для возвращения клетки в плюрипотентное состояние. Яманака сосредоточился на факторах, важных для поддержания плюрипотентности в эмбриональных стволовых клетках (ЭСК). Это был первый случай, когда неповрежденную дифференцированную соматическую клетку удалось перепрограммировать для достижения плюрипотентности.
Зная, что факторы транскрипции участвуют в поддержании плюрипотентного состояния, он отобрал набор из 24 факторов транскрипции эмбриональных стволовых клеток в качестве кандидатов для восстановления плюрипотентности в соматических клетках. Сначала он собрал 24 фактора-кандидата. Когда все 24 гена, кодирующие эти факторы транскрипции, были введены в фибробласты кожи, лишь немногие из них действительно образовали колонии, удивительно похожие на эмбриональные стволовые клетки. Во-вторых, были проведены дальнейшие эксперименты с меньшим количеством добавленных факторов транскрипции для идентификации ключевых факторов с помощью очень простой, но чувствительной системы анализа. Наконец, он идентифицировал четыре ключевых гена. Они обнаружили, что 4 фактора транскрипции (Myc, Oct3/4, Sox2 и Klf4) были достаточны для превращения эмбриональных или взрослых фибробластов мыши в плюрипотентные стволовые клетки (способные продуцировать тератомы in vivo и участвовать в создании химерных мышей).
Эти плюрипотентные клетки называются индуцированными плюрипотентными стволовыми клетками (iPS-клетками); они встречаются с очень низкой частотой. iPS-клетки можно отобрать путем введения гена b-geo в локус Fbx15. Промотор Fbx15 активен в плюрипотентных стволовых клетках, которые индуцируют экспрессию b-geo, что, в свою очередь, приводит к устойчивости к G418; эта устойчивость помогает нам идентифицировать iPS-клетки в культуре.
Более того, в 2007 году Яманака и его коллеги обнаружили индуцированные плюрипотентные стволовые клетки (iPS-клетки) с передачей генов через зародышевую линию (путем отбора по генам Oct4 или Nanog). Также в 2007 году они первыми получили человеческие iPS-клетки.
К числу проблем, с которыми сталкиваются современные методы индуцированной плюрипотентности, относятся очень низкая скорость получения индуцированных плюрипотентных стволовых клеток и тот факт, что 4 транскрипционных фактора, как было показано, обладают онкогенными свойствами.
В июле 2014 года, во время скандала, связанного с японским исследователем стволовых клеток Харуко Обоката, которая фальсифицировала данные, подделывала изображения и плагиатировала работы других, Яманака подвергся публичной критике за свою работу, не имевшую полной документации. Яманака отрицал манипулирование изображениями в своих статьях об эмбриональных стволовых клетках мышей, но он не смог найти лабораторные записи, подтверждающие соответствие исходных данных опубликованным результатам.

С момента первоначального открытия Яманаки в этой области было проведено множество дальнейших исследований, и технология была значительно усовершенствована. Усовершенствования, внесенные в исследования Яманаки, а также перспективы его дальнейших разработок, заключаются в следующем:

1. Механизм доставки факторов плюрипотентности был усовершенствован. Первоначально использовались ретровирусные векторы, которые случайным образом интегрируются в геном и вызывают дерегуляцию генов, способствующих образованию опухолей. Однако в настоящее время используются неинтегрирующиеся вирусы, стабилизированные РНК или белки, или эписомальные плазмиды (механизм доставки без интеграции).
2. Были идентифицированы факторы транскрипции, необходимые для индукции плюрипотентности в различных типах клеток (например, в нейронных стволовых клетках).
3. Были идентифицированы небольшие замещающие молекулы, способные заменить функцию факторов транскрипции.
4. Были проведены эксперименты по трансдифференцировке . Исследователи пытались изменить судьбу клетки, не проходя через плюрипотентное состояние. Им удалось систематически идентифицировать гены, осуществляющие трансдифференцировку, используя комбинации транскрипционных факторов, которые вызывают переключение судьбы клетки. Они обнаружили трансдифференцировку внутри зародышевых слоев и между зародышевыми слоями, например, экзокринных клеток в эндокринные, фибробластов в миобласты, фибробластов в кардиомиоциты, фибробластов в нейроны.
5. Клеточная заместительная терапия с использованием индуцированных плюрипотентных стволовых клеток (iPS-клеток) является перспективным направлением. Стволовые клетки могут замещать пораженные или утраченные клетки при дегенеративных заболеваниях и менее подвержены отторжению иммунной системой. Однако существует опасность возникновения мутаций или других геномных аномалий, которые делают их непригодными для клеточной терапии. Таким образом, перед нами стоит множество задач, но это очень перспективное и многообещающее направление исследований. Необходимы дальнейшие исследования для обеспечения безопасности пациентов.
6. В медицине можно использовать индуцированные плюрипотентные стволовые клетки (iPS-клетки) от пациентов с генетическими и другими заболеваниями для изучения патологических процессов. К таким заболеваниям относятся: боковой амиотрофический склероз (БАС), синдром Ретта, спинальная мышечная атрофия (СМА), дефицит α1-антитрипсина, семейная гиперхолестеринемия и гликогеноз типа 1А. Также их применяют при сердечно-сосудистых заболеваниях, таких как синдром Тимоти, синдром LEOPARD, синдром удлиненного интервала QT 1 и 2 типа; болезнь Альцгеймера, спиноцеребеллярная атаксия, болезнь Хантингтона и др.
7. Индуцированные плюрипотентные стволовые клетки (iPS-клетки) предоставляют платформы для скрининга при разработке и валидации терапевтических соединений. Например, кинетин был обнаружен в iPS-клетках пациентов с семейной дисфункцией вегетативной нервной системы, а бета-блокаторы и блокаторы ионных каналов при синдроме удлиненного интервала QT были идентифицированы с помощью iPS-клеток.

Исследования Яманаки «открыли новую дверь, и ученые всего мира отправились в долгое путешествие, надеясь найти истинный потенциал наших клеток». 
В 2013 году в Японии с помощью iPS-клеток была создана сосудистая и функциональная печень человека у мышей. Для дифференциации компонентов печени, которые затем самоорганизовались в сложную структуру, использовались множественные стволовые клетки. При помещении в организм мыши сосуды печени соединялись с сосудами хозяина и выполняли нормальные функции печени, включая расщепление лекарств и печеночных секретов. 
В 2022 году было показано, что факторы Яманаки влияют на возрастные показатели у старых мышей. 

Dokar Vita Cells — международная компания, основными направлениями деятельности которой являются:

1.Организация лечения клеточными продуктами (Al-BM-MMSC, Экзосомы, NK-клетки, онколитические вирусы) пациентов из разных стран в партнерских клиниках России, Европы, ЮВА.

2. Организация доставки клеточных продуктов (Al-BM-MMSC, Экзосомы, NK-клетки, онколитические вирусы и т.д.) из лабораторий партнеров врачам, клиникам и пациентам.

3.Организация обучения врачей клеточным технологиям.

Компания имеет собственный медицинский совет, в который входят учёные по биологии и медицине, а также опытные врачи.